История предмета
        Большинство философов и психологов различает два основных типа поведения: адаптивное (связанное с имеющимися в распоряжении человека ресурсами) и креативное, определяемое как «созидательное разрушение». В творческом процессе человек создает новую реальность, которая может быть осмыслена и использована другими людьми.
         Отношение к творчеству в различные эпохи изменялось кардинально. В Древнем Риме в книге ценился лишь материал и работа переплетчика, а автор был бесправен — не преследовались ни плагиат, ни подделки. В Средние века и значительно позднее творец был приравнен к ремесленнику, а если он дерзал проявлять творческую самостоятельность, то она никак не поощрялась. Творец должен был зарабатывать на жизнь иным путем: Мольер был придворным обойщиком, да и великого Ломоносова ценили за утилитарную продукцию — придворные оды и создание праздничных фейерверков.
       И лишь в ХIХ в. художники, литераторы, ученые и прочие представители творческих профессий получили возможность жить за счет продажи своего творческого продукта. Как писал А. С. Пушкин, «не продается вдохновенье, но можно рукопись продать». При этом рукопись ценили только как матрицу для тиражирования, для
производства массового продукта.

        В ХХ в. реальная ценность любого творческого продукта также определялась не вкладом в сокровищницу мировой культуры, а тем, в какой мере она может служить материалом для тиражирования (в репродукциях, телефильмах, радиопередачах и т. д.). Поэтому существуют неприятные для интеллектуалов различия в доходах,

с одной стороны, представителей исполнительского искусства (балета, музыкального исполнительства и т. д.), а также дельцов массовой культуры и, с другой стороны, творцов.
       Обществом, однако, разделялись во все времена две сферы человеческой активности: otium и oficium (negotium), соответственно, активность на досуге и деятельность социально регламентированная. Причем социальная значимость этих сфер менялась со временем.
       В Древних Афинах bios theoretikos — жизнь теоретическая — считалась более «престижной» и приемлемой для свободного гражданина, чем bios praktikos — жизнь практическая.
       В Древнем Риме vita activa — жизнь деятельная (negotium) — считалась долгом и основным занятием каждого гражданина и главы семейства, между тем как vita contemplativa — жизнь созерцательная — и вообще досуг мало ценились на фоне гражданского служения. Возможно, поэтому все гениальные идеи античности родились в
       Древней Греции, а римляне воплотили их в статьи Римского права, инженерные сооружения и блестящие по форме рукописи, популяризирующие труды великих греков (например, Лукреций).
        В эпоху Возрождения, по крайней мере в умах идеологов гуманизма, господствовал примат досуга над практической деятельностью, которая должна была служить лишь источником средств развития личности в свободное от выполнения социальных и практических задач время. Новое время поставило на первое место Дело (в частности, устами гетевского Фауста), а otium сузило до буржуазного хобби.
        Интерес к творчеству, личности творца в ХХ в. связан, возможно, с глобальным кризисом, проявлением тотального отчуждения человека от мира, ощущением, что целенаправленной деятельностью люди не разрешают проблему места человека в мире, а еще более отдаляют ее решение.
         Главное в творчестве — не внешняя активность, а внутренняя — акт создания «идеала», образа мира, где проблема отчуждения человека и среды разрешена. Внешняя активность есть лишь экспликация продуктов внутреннего акта. Особенности протекания творческого процесса как ментального (душевного) акта и будут предметом дальнейшего изложения и анализа.
        Выделяя признаки творческого акта, практически все исследователи подчеркивали его бессознательность, спонтанность, невозможность его контроля со стороны воли и разума, а также изменение состояния сознания.
Можно привести характерные высказывания А. де Виньи («Я свою книгу не делаю, а она сама делается. Она зреет и растет в моей голове, как великий плод»), В. Гюго («Бог диктовал, а я писал»), Августина («Я не сам думаю, но мои мысли думают за меня»), Микеланджело («Если мой тяжелый молот придает твердым скалам то один,
то другой вид, то его приводит в движение не рука, которая держит его, направляет и руководит им: он действует под давлением посторонней силы») и т. д.
        С ведущей ролью бессознательного, доминированием его над сознанием в процессе творческого акта связан и ряд других особенностей творчества, в частности эффект «бессилия воли» при вдохновении. В момент творчества человек не способен управлять потоком образов, произвольно воспроизводить образы и переживания. Художник бессилен восполнить пробелы творческой фантазии. Образы зарождаются и исчезают спонтанно, борются с первичным замыслом художника (рационально созданным планом произведения), более яркие и динамичные образы вытесняют из сознания менее яркие. Сознание становится пассивным «экраном», на который человеческое бессознательное отображает себя.
         Творец всегда испытывает замешательство при попытках объяснить причину, источник своих фантазий. С. О. Грузенберг (1923) выделяет несколько вариантов объяснения художниками творческой одержимости. Наиболее распространены «божественная» и «демоническая» версии атрибуции причины творчества. Причем художники и писатели принимали эти версии в зависимости от своего мировоззрения. Если Байрон полагал, что в человека вселяется «демон», то Микеланджело полагал, что его рукой водит Бог: «Хорошая картина прибли»
жается к Богу и сливается с ним». Следствием этого является тенденция, наблюдаемая у многих авторов, к отреше»
нию от авторства. Поскольку писал не я, а Бог, дьявол, дух, «внутренний голос», то творец осознает себя инструментом посторонней силы. Примечательно то, что версия неличностного источника творческого акта прохо»
дит через пространства, эпохи и культуры. И в наше время она возрождается в мыслях великого Иосифа Бродского: «Поэт, повторяю, есть средство существования языка. Пишущий стихотворение, однако, пишет его не потому, что он рассчитывает на посмертную славу, хотя часто и надеется, что стихотворение его переживет, пусть ненадолго. Пишущий стихотворение пишет его потому, что язык ему подсказывает или попросту диктует следующую строчку.
Начиная стихотворение, поэт, как правило, не знает, чем оно кончится, и порой оказывается очень удивлен тем, что получилось, ибо часто получается лучше, чем он предполагал, часто мысль заходит дальше, чем он рассчитывал. Это и есть тот момент, когда будущее языка вмешивается в настоящее… Пишущий стихотворение пишет его
прежде всего потому, что стихосложение — колоссальный ускоритель сознания, мышления, миросозерцания. Испытав это ускорение единожды, человек уже не в состоянии отказаться от повторения этого опыта, он впадает в зависимость от этого процесса, как впадает в зависимость от наркотиков и алкоголя. Человек, находящийся в
подобной зависимости от языка, я полагаю, и называется поэтом» (Бродский И., 1991 С. 17–18).
        В этом состоянии отсутствует ощущение личной инициативы и не чувствуется личной заслуги при создании творческого продукта, в человека как бы вселяется чуждый дух, или ему внушают мысли, образы, чувства извне. Это переживание приводит к неожиданному эффекту: творец начинает с равнодушием относиться к своим творениям или, более того, с отвращением. Возникает так называемая посттворческая сатурация. Автор отчуждается от своего труда. При выполнении же целесообразной деятельности, в том числе — трудовой, присутствует противоположный эффект, а именно — «эффект вложенной деятельности». Чем больше человек затратил усилий на достижение цели, производство продукта, тем большую эмоциональную значимость этот продукт для него приобретает.
Поскольку активность бессознательного в творческом процессе сопряжена с особым состоянием сознания, творческий акт иногда совершается во сне, в состоянии опьянения и под наркозом. Для того чтобы внешними средствами воспроизвести это состояние.
       Спонтанность, внезапность, независимость творческого акта от внешних причин — второй основной его признак. Потребность в творчестве возникает даже тогда, когда она нежелательна. При этом авторская активность устраняет всякую возможность логической мысли и способность к восприятию окружающего. Многие авторы принимают свои образы за реальность. Творческий акт сопровождается возбуждением и нервной напряженностью. На долю разума остается только обработка, придание законченной, социально приемлемой формы продуктам творчества, отбрасывание лишнего и детализация.
     Итак, спонтанность творческого акта, пассивность воли и измененное состояние сознания в момент вдохновения, активность бессознательного, говорят об особых отношениях сознания и бессознательного. Сознание (сознательный субъект) пассивно и лишь воспринимает творческий продукт. Бессознательное (бессознательный творческий субъект) активно порождает творческий продукт и представляет его сознанию.
Рекомендуемая литература
Айзенк Г. Ю. Интеллект: новый взгляд // Вопросы психологии. — № 1.— 1995 — С. 111–131.
Арнаудов М. Психология литературного творчества. — М.: Прогресс, 1970
Богоявленская Д. Б. Интеллектуальная активность как проблема творчества. — Ростов н/Д, 1983
Богоявленская Д. Б. Метод исследования уровней интеллектуальной активности // Вопросы психологии,
1971 — № 1 — С. 144–146.
Богоявленская Д. Б. Интеллектуальная активность как проблема творчества. — Ростов н/Д, 1983
Бродский И. Нобелевская лекция // Стихотворения. — Таллинн, 1991 — С. 17–18.
Годфруа Ж. Что такое психология. В 2 т. — М.: Мир, 1992
Гончаренко Н. В. Гений в искусстве и науке. — М.: Искусство, 1991
Григоренко Е. А., Кочубей Б. И. Исследование процесса выдвижения и проверки гипотез близнецами //
Новые исследования в психологии. — 1989 — № 2 — С. 15–20.
Грузенберг С.О. Психология творчества. — Минск, 1923
Дружинин В. Н., Хазратова Н. В. Экспериментальное наследование формирующего влияния микросре»
ды на креативность // Психологический журнал. — 1994 — № 4
Ломброзо Ч. Гениальность и помешательство. — СПб., 1992 — С. 15–16, 21–23.
Лук А. Н. Проблемы научного творчества / Сер. Науковедение за рубежом. — М., ИПИОН АН СССР,
1983
Олах А. Творческий потенциал и личностные перемены // Общественные науки за рубежом. Р. Ж. Сер.
Науковедение. — 1968 — № 4 — С. 69–73.
Парандовский Я. Алхимия слова. — М.: Правда, 1990
Перна И. Я. Ритмы жизни и творчества. — Л., 1925
Пономарев Я. А. Психология творчества // Тенденции развития психологической науки. — М.: Наука,
1988 С. 21–25.
Развитие и диагностика способностей // Под ред. В. Н. Дружинина и В. В. Шадрикова. — М.: Наука, 1991
Рудкевич Л. А., Рыбалко Е. Ф. Возрастная динамика самореализации творческой личности // Психологи»
ческие проблемы самореализации личности. — СПб.: Изд»во СПбГУ, 1997 — С. 89–106.
Холодная М. А. Психология интеллекта: парадоксы исследования. — М.; Томск, 1996
Хоровитц Ф. Д., Байер О. Одаренные и талантливые дети: состояние проблемы и направления исследо»
ваний // Общественные науки за рубежом. Р. Ж. Сер. Науковедение. — 1988 — № 1
Эллиот П. К. Префронтальная область коры больших полушарий головного мозга как организатор воле»
вых действий и ее роль в высвобождении творческого потенциала человека // Общественные науки
за рубежом. Р. Ж. Сер. Науковедение. — 1988 — № 1 — С. 86–87.
Bogerman W. G. Studies of Genius. — N. Y., 1947 P. 171
Brand C. R., Egan V., Deary J. J. Genral intelligence and personality: No relation? // Current topics in human
intelligence.
Guilford Y. P. The nature of human intelligence. — N. Y.: Mc»Graw Hill, 1967
Karlson Y. L. Inheritance of creative intelligence. — Cicago, 1978 P. 138
Lehman H. C. Age and Achievement. — Prinston, 1953
Mednich S. A. The associative basis of the creative process // Psychol. — Rewiew. — 1969 — № 2 — P. 220–
232
Resnikoff M., Domino G., Bridges C., Honeyman N. Creative abilities in identical and fraterral twins // Behavior
Genetics. — 1973 — V. 3 — P. 356–377.
Sternberg R. General intellectual ability // Human abilities by R. Sternberg. — 1985 — Р. 5–31.
Sternberg R.Y. Inside intelligence // American scientist. — 1986 — Vol. 74, 32 — P. 137–143.
Taylor C. W. Cultirating multiple creative talents in students // Journal for the Education of the Giften. —
1985 — Vol. 8 — P. 187–198.
Terman L. M. The Measurement of Intelligence. — Boston,1937.
Torrance E. P. Guiding creative talent — Englewood Cliffs, W.J.: Prentice»Holl, 1964
Torrance E. P. Scientific views of creativity and factors affecting its growth // Daedalus: Creativity and Learning. —
1965 — P. 663–679.
Vernon P. E. Psychological studyes on creativity // Journal of Child Psychology and Psychiatry, 1967 № 8
P. 135–165.
Waller N.G., Boucharh T.J., Lykken D.T., Tellegen A. Creativity, heriability, familiality: Which word does not
belong? // Psychological Inquing. — 1993 — Vol. 4 — P. 235–237.
Wollach M. A., Kogan N. A. A new look at the creativity — intelligence distinction // Journal of Personality. —
1965 — № 33 — P. 348–369.
Источник: CЕРИЯ УЧЕБНИК НОВОГО ВЕКА  Психология:  Учебник для гуманитарных вузов Под редакцией
В. Н. ДРУЖИНИНА Санкт-Петербург  Москва • Харьков • Минск  2001
http://literature-edu.ru/psihologiya/6365/index.html

Добавить комментарий